Главные выводы:

— К 2024 г. внутренние затраты на исследования и разработки в Китае достигли 3,6 трлн юаней (41,3 трлн руб.), увеличившись в пять раз по сравнению с 2010 г. При этом 78% всех расходов обеспечил предпринимательский сектор, тогда как на государство пришлось 11,6%, а на вузы — 8,4%. Такая структура финансирования стала результатом последовательной госполитики по стимулированию инвестиций бизнеса в науку.

— Ключевую роль играют налоговые стимулы. Для высокотехнологичных предприятий ставка налога на прибыль снижена с 25% до 15%. В 2024 г. объем налоговых вычетов по расходам на исследования и разработки достиг 3,3 трлн юаней (на 25,5% больше, чем в 2021 г.), а воспользоваться ими смогли 615 тыс. компаний. В результате доля ВЗИР в ВВП Китая выросла с 2,38% в 2021 г. до 2,68% в 2024 г.

— Наряду с налоговыми стимулами власти КНР развивают специальную программу государственных гарантий для научно-технических инноваций, облегчая доступ к банковскому кредитованию инновационно ориентированным малым и средним предприятиям на стадии коммерциализации разработок, когда традиционные залоговые схемы неприменимы. Благодаря этому инструменту в первом полугодии 2025 г. 22 тыс. профильных МСП получили кредиты на сумму около 90 млрд юаней (свыше 1 трлн руб.).

— Государство активно участвует в капитале венчурных фондов, разделяя инвестиционные риски наравне с частными инвесторами. За счет средств Государственного фонда содействия трансформации научно-технических достижений покрывается от 10% до 30% капитала каждого дочернего фонда, создаваемого совместно с другими инвесторами. При этом государственная доля специально не делается крупнейшей, а контроль оставляется частным управляющим компаниям.

— Интеграция науки и крупного бизнеса занимает особое место в китайской модели стимулирования инноваций. Костяк ее образуют предприятия центрального подчинения, находящиеся в ведении Государственного совета КНР или уполномоченной им Комиссии по надзору и управлению госактивами. Концентрируя колоссальные финансовые (обеспечивают около 30% общего объема ВЗИР) и организационные ресурсы, эти предприятия одновременно выступают стратегическими заказчиками фундаментальных исследований, интеграторами полных технологических цепочек и платформами для коммерциализации результатов. Их взаимодействие с университетами предусматривает, в частности, такие форматы, как: совместные национальные лаборатории, прямые контракты на ИР, механизмы академической мобильности (временный переход ученых на работу в высокотехнологические компании) и в некоторых локациях — передача исследователям прав на результаты интеллектуальной деятельности (Шанхайский эксперимент).

— Значительная часть инструментов поддержки сосредоточена на региональном уровне. Шэньчжэнь лидирует в стране по числу новых частных венчурных фондов, а Ханчжоу стимулирует инвестиционную активность через систему субсидий для крупных инвестиционных фондов. В Пекине одним из инструментов привлечения частного капитала стали «инновационные альянсы». В Нанкине кооперация науки и бизнеса позволила сформировать промышленные кластеры мирового масштаба в сфере программного обеспечения, интеллектуальных энергосетей и биомедицины.

Резюме: Как показывает китайский опыт, устойчивый рост частных инвестиций в науку обеспечивается не отдельными мерами, а их комплексным применением. Многие из этих подходов уже получают развитие и в России, где также совершенствуются механизмы поддержки исследований и разработок, расширяется участие бизнеса в финансировании науки и формируются новые инструменты коммерциализации технологий.

По ссылке представлены более подробные выводы и комментарий эксперта.

Информационный партнер НИУ ВШЭ — международное СМИ PRоБизнес72

Источник: НИУ ВШЭ